Сегодня я увидела, как любовь промахнулась мимо цели.
Подарок, который мама подарила сыну, совсем не совпал с тем, о чем он мечтал.
Он плакал так искренне, что я невольно посочувствовала обоим.
Ему – потому что он не получил то, чего так ждал.
Ей – потому что все ее старания оказались напрасными.
И тогда я задумалась.
А что, если однажды человек больше не сможет получать удовольствие, пока не сделает счастливым другого?
Не потому, что ему улыбнулись.
Не потому, что сказали: «Спасибо».
А только тогда, когда другому действительно стало хорошо.
Первым это почувствовал мой муж.
В тот вечер он вернулся домой с большим букетом цветов.
– Это тебе.
Я улыбнулась. Обняла его. Поставила цветы в вазу.
Он продолжал стоять.
– Что-то случилось? – спросила я.
– Не понимаю…
– Что?
– Почему ничего не чувствую?
Я посмотрела на него.
– Потому что сегодня мне были нужны не цветы.
Он молча снял куртку. Поставил чайник. Сел рядом.
– Рассказывай.
Я рассказывала долго. Он не перебивал. Не советовал. Не спорил.
Просто слушал.
Когда я закончила, сказала:
– Спасибо. Мне именно этого сегодня не хватало.
Он вдруг расплылся в улыбке.
Хлопнул себя по коленке и с довольным видом произнес:
– Получилось!
Очень часто мы делаем не то, что нужно любимому человеку.
Мы делаем то, что сами считаем правильным.
И между этими двумя вещами иногда лежит целая жизнь.
Через несколько дней этот странный эксперимент добрался и до меня.
Позвонила мама.
Я сразу поняла, о чем будет разговор.
Жалобы.
На здоровье.
На соседей.
На жизнь.
Я молча слушала. И всё чаще ловила себя на мысли:
«Ну когда же это закончится?..»
Совсем недавно я сама говорила мужу, что иногда человеку нужно просто выговориться.
Но сейчас почему-то ничего не происходило.
Я быстро закончила разговор.
Села в машину. И поехала к маме.
Она открыла дверь. Сделала вид, что удивилась.
Но я почувствовала, как она обрадовалась.
И у меня получилось.
Но история на этом не закончилась.
Сын пришел из школы.
Буркнул:
– Привет.
И сразу ушел к себе. Я знала, что он злится.
Мы урезали его ежемесячные карманные деньги. До выпускных экзаменов английский у него оставался самым слабым предметом, и мы решили, что сейчас это важнее.
Я сварила его любимые вареники с картошкой. Постучала в дверь.
Он буркнул:
– Спасибо.
Но, похоже, радости не испытал никто из нас.
Тогда я решила поддержать его.
Говорила.
Хвалила.
Подбадривала.
Он молча смотрел на меня.
И мне становилось всё хуже.
Наконец я не выдержала.
– Что ты хочешь? Денег?
– Да.
– То есть ты хочешь, чтобы мы платили тебе за то, чтобы ты хорошо сдал английский?
Он посмотрел на меня с таким удивлением, что мне стало не по себе.
– Нет, мама. Мне нужны мои деньги, чтобы оплачивать частного учителя по английскому. Я хотел платить ему сам. Но вы лишили меня этой возможности.
Я была в шоке.
Мне такое даже в голову не приходило.
– Так почему ты ничего не сказал?
Он помолчал.
– Потому что вы не спрашивали.
Потом добавил:
– Вас вообще что-нибудь интересует, кроме моей учебы? Вас интересую не я. Вас интересуют мои оценки.
Я села рядом. И сама не понимая зачем, взяла с тарелки вареник.
– Вкусные…
Потом еще один.
Он сначала смотрел на меня с недоумением. Потом не выдержал и улыбнулся.
Я протянула ему вареник.
– Открывай рот.
Как маленькому.
Он рассмеялся. И напряжение исчезло.
– Ну раз так, – сказала я, – тогда договорились. Один урок оплачиваешь ты. Другой – я. Согласен?
Он кивнул.
И у нас получилось.
Интересно…
Если бы удовольствие действительно можно было получить только тогда, когда счастливее стал другой человек…
Сколько удовольствия мы получили бы сегодня?
