Огромный зал, борцовский ковер. Чемпионат по Джиу-джитсу. Участвует Илья, мой племянник. Я за него болею. Накал страстей, ажиотаж, крики. Вот кто-то одержал победу. Благодарные болельщики скандируют на трибунах.
Люблю спорт. Люблю его, как настоящее искусство, как радость преодоления собственного «я». Всю юность ему посвятил, только им и жил. Тренировки, сборы соревнования.
Семейное у нас это. Папа занимался, дедушка. Сейчас вот Илья на золотую тянет. Как раз схватка. Его тренер, Юрка, кричит не своим голосом:
– Агрессии, Илья, больше агрессии! Агрессии больше, Илюша!
Он как будто сам там, на ковре. Горит весь, волнуется:
– Будь плохим, Илья! Слышишь? Будь плохим парнем!
Злит он меня этим подходом. Злит неимоверно. Ведь спорт – это же искусство, почему «будь плохим»?! А он не унимается, кричит во всё горло:
– Илья! Не отпускай его, давай, души его, души! Да, да, вот так! Отлично! Совсем другое дело! Когда ты агрессивен, ты король, – добавляет уже тише.
– Почему «души», Юра, почему с агрессией? – не выдерживаю я. – Ведь это же спорт! Это азарт, благородство…
– Вот только не надо меня учить опять, ладно? Не надо снова ту же пластинку крутить, хорошо? Не надо! А то мы такие интеллигентные, такие деликатные, а как за себя постоять, так ни бэ ни мэ! Ни рыба ни мясо. Мямлите только, да в кусты. А жизнь, она грубее, брат! Селяви!
И снова кричит на весь зал:
– Порви его Илюша, порви! Ты можешь!
И ко мне
– За Илюшу поболей, интеллигенция! Племяш-то твой молодцом. Чемпион!
Задел он меня. Чувствую, как уже во мне самом агрессия поднимается:
– Интеллигенция, говоришь, а ты знал, что Пифагор был кулачным бойцом? Знал?
– Ага, ты еще Гиппократа вспомни. Тоже был олимпийским чемпионом. Да оглянись вокруг, – злится Юрка, – посмотри, в каком мире живешь! Здесь тебе не Эллада. Не Олимпия. Не та эпоха, брат!
Ценности спорта сейчас утратили свое первоначальное значение.
Тут вдруг не крик – сплошной рев:
– Илья! Илья! Илья!!
В ушах заложило. Трибуны скандируют. Юрка, опрокидывая ограждения, бежит прямо на ковер, к Илье. Объявляют победителя. Судья поднимает руку моего племянника. Победа!
Илюша от избытка чувств тренера в охапку. Обнимаются черти! В этот миг они с Юркой самые родные люди. Как будто не я дядька Ильи, а он, тренер. Смотрю на них, завидую. Прав Юрка. Потому и злюсь на него, что прав. Не та сейчас эпоха.
Агрессия – она, как бацилла. Да если честно, я сам выигрывал только на злости. Хотя самому себе стыдно в этом признаться. Весь спорт сегодня такой. И тренеры уже не стесняются кричать своим подопечным: «Души его!» А соперники ненавидят друг друга.
И в мире всё меньше мира. На время Пекинской олимпиады двадцать стран отказались подписывать традиционное перемирие на время игр. Впервые в истории! Впервые за тысячи лет.
Агрессии у всех через край, а силы благородства и уважения к сопернику не осталось – мы это видели на всех последних олимпийских соревнованиях. Интересно, кстати, помнит ли кто-то из тренеров, да и самих организаторов игр слова из Олимпийской хартии:
«Олимпизм представляет собой философию жизни, возвышающую и объединяющую в сбалансированное целое достоинство тела, воли и разума. Олимпизм, соединяющий спорт с культурой и образованием, стремится к созданию образа жизни, основывающегося на радости от усилия, на воспитательной ценности хорошего примера и на уважении к всеобщим основным этическим принципам».
Если же спорт теперь только бизнес, то и бизнес должен быть честным. Но тогда при чем здесь Олимпийские игры? Либо торг, либо игры. Я – за игры!
