Когда всё навалилось, я перестала спать. Лежа одна в темноте, я пересчитывала свои проблемы: работа трещала по швам, денег не хватало, мама болела, а я чувствовала себя застрявшей в собственных мыслях, словно на дне темного, сырого колодца.
Утром соседка Лена постучала в дверь. Ее сын заболел, а ей нужно было отлучиться на пару часов. Она спросила, не посижу ли я с ее сыном. Честно говоря, мне было совсем не до того. Но я почему-то ответила: «Хорошо, оставляй».
Саша вел себя спокойно. Он сидел на ковре и строил из кубиков башню. Я смотрела и мучилась мыслью, что впустую трачу время. Ну как можно считать чужие кубики, когда рушится собственная жизнь!
Его башня почему-то всё время падала. Он не расстраивался, а я – наоборот. При виде каждого падения я злилась еще больше. Я ясно видела в этой башне себя: как пытаюсь все собрать, а всё безнадежно разваливается.
Некоторое время мы молчали. Потом он сказал:
– Башня падает, когда ты смотришь на нее слишком близко.
Я улыбнулась его детской фантазии. Но он продолжил:
– А вот если отойти, то видно, в каком месте она слабая.
Я сначала даже не поняла, что он сказал. Он отодвинулся, посмотрел на кубики и начал строить снова, но уже более уверенно.
Я присела на ковер, откинулась назад и посмотрела на его стройку с некоторого расстояния. И действительно, с дистанции всё было яснее: слишком узкое основание, пара кубиков стоит криво.
И тогда я попробовала сделать то же самое с собой – мысленно отойти чуть дальше от собственных проблем. Я вдруг увидела, что за последние недели ни разу не давала себе выдохнуть. Я как будто всё время пыталась удержать эту мою «башню» изнутри.
Когда соседка вернулась за Сашей, я поймала себя на мысли, что чувствую какую-то непривычную легкость. Не радость, не решение проблем – просто воздух. Я села за стол и впервые за долгое время постаралась посмотреть на свою жизнь со стороны.
И я увидела то, чего долго не замечала: на работе можно попросить перенести сроки – мир не рухнет. Старую технику можно продать – она месяцами лежит без дела. По поводу мамы можно позвонить двоюродным сестрам – они готовы помочь, просто я почему-то решила, что должна всё тащить сама.
Все эти варианты казались очевидными, но я была слишком внутри своей собственной «башенки», чтобы их увидеть. Была замкнута в себе, внутри своих проблем, внутри страха, внутри ответственности. Я смотрела на жизнь, фактически уткнувшись в нее носом. А изнутри, оказывается, не видно самого главного. Там нет перспективы, нет свободы. Ты зациклен на себе и чувствуешь только давление. И для меня было очень удивительно, что помощь пришла оттуда, откуда я ее не ожидала. Когда ты не ищешь ее, а она вдруг приходит через помощь другому.
И затем, отодвинувшись еще чуть подальше от своей “башенки”, я отчетливо увидела, что вокруг меня кипит жизнь других людей. С их планами, желаниями, чувствами. Со своими проблемами. Кому-то тоже нужна помощь, кому-то участие, кому-то поддержка…. Теперь, если я чувствую, что снова увязаю в себе, я ищу возможность переключиться на кого-то другого. И знаете, это работает! Потому что, помогая, я каким-то образом меняюсь сама. И кубики складываются и не падают.
