КАРТОФЕЛЬНЫЙ ЭЛЬФ

Базарная баба. Что интересного? Грубое существо — ходячий синоним скандала.  Однако, после так называемых войн за  целостность  Грузии и прочих  злоключений в масштабах  страны, в торговцы подались оказавшиеся на бобах  инженеры, учителя и даже искусствоведы. Когда я встречаю на базаре  азербайджанку с правильной речью, спрашиваю: «Баджи  (сестра), что преподавала —  русский или алгебру?» Ошибаюсь редко, хотя руки у баджи огрубевшие от работы в поле и вид совсем не учительский.

Моя знакомая с  базара по имени Рая, к примеру, — товаровед. Цену своему товару знает.  Встает с рассветом. Отбирает на оптовом рынке самое свежее, притаскивает в тележке на колесиках небольшими партиями и, как правило, к концу дня распродает постоянным клиентам, которые знают — не обвесит, гнили не подсунет.
— Откуда картошка?
— Сегодня из Ахалциха!  Вы же знаете,  турецкой  продукции у меня нет.

Действительно,  она торгует только  местными  овощами.  А это важно — на грузино-турецкой границе недавно задержали несколько фур с зараженным картофелем. Ей не чужда эстетика: на прилавке натюрморт из овощей,  соленья закрыты крышками. Причудливой формы  корнеплоды выложены на полке с подрисованными  фломастером рожицами. Как такого бегемота,  крокодила или картофельного тролля  кинуть в суп?

Рая окончила техникум в родном  Иркутске. Влюбилась в приехавшего на учебу в далекие края грузина, вышла замуж и  переехала в  Абхазию. Ткварчели, шахтерский городок недалеко от Черного моря, мало походил на курорт, но жизнь была стабильной и размеренной: дом, работа, хозяйство. Родились сын и дочь. Потом началось безумие войны и семья, к счастью, в полном составе успела выехать в Тбилиси. За спиной были ужасы  войны, не было ни крова, ни работы. Так, в начале 90-х,  беженцам пришлось  начинать с нуля,  и Рая оказалась на базаре, а если точнее — у его кромки, на участке, купленном под торговые ряды дальним родственником мужа. Представьте, чтобы продавать зелень на перевернутых ящиках, тоже понадобился блат.  Правда, плата за рыночное место гораздо меньше, чем на самом рынке.

Там мы и познакомились  лет этак 15 назад. Мне сразу понравилась эта симпатичная блондинка средних лет с ямочками на щеках. В первое время Рае помогал муж. Возвращаясь с работы, я встреча их чету, чинно шествующую домой, то есть на съемную квартиру, под ручку. Рая  в шляпке, губы подкрашены, через плечо шарфик. Кто скажет, что она простояла на ветру с утра до темноты, ворочая мешками? Потом мужу, видимо, показалось, что Рая и сама справится. Может, нашел другую работу. Рая на эту тему молчит. И свой мелкий бизнес не бросает, продолжая трудиться  без выходных — есть надо, за учебу детей платить тоже надо.

Вершиной ее карьеры стал прилавок в  арендованном на паях с женщинами из Западной Грузии  стеклянном павильоне. Чтобы поддержать Раю, старые клиенты по привычке приходили к ней.  Раем назвать это место можно было с большой натяжкой — мегрелки скандалили, качали права и не платили вовремя свою долю аренды. Но моя товарка держала марку, продолжая удивлять веселостью нрава и грузинской лексикой.  Ее  в шутку  прозвали Рая-крахмали.  Оказалось, что женщина  пожелала покупателю быть — «пар хмалит»- «со щитом и с мечом» (удачливым и победившим), а кто-то расслышал  «крахмалит». Больше всех смеялась сама  любительница поговорок.

В один прекрасный день павильоны у стадиона «Динамо» пошли под снос. Кстати,  их место до сих пор обнесено  забором. Но можно ли этому удивляться после  того,  как  в Тбилиси  несколько лет назад разрушили огромный Центральный рынок.  Поскольку торговцы оказались под открытым небом,  городские власти приняли  «мудрое» решение — укатали под асфальт старенький стадион в старом  районе и   установили  на тренировочном поле торговые ряды, оглушившие  обитателей соседних домов. Правда, перед выборами в парламент срочно построили новый крытый рынок на  месте старого Центрального, но этот хлипкий гигант до сих пор не обжит и служит ангаром для трайлеров, а торговцы по-прежнему торчат на улице в  дорожной пыли.

Но вернемся к нашей героине. Легко догадаться:  как павильон снесли — Рая с товарками вновь оказалась на обочине. Несмотря на то, что стихийная торговля в городе была запрещена по закону, беженцам в
очередной раз разрешили торговать на улице. Ведра с огурцами на улице лучше всякого барометра показывают градус  политических страстей  в государстве. Торговцы недаром называют себя «разменной монетой»- уличная торговля процветает, как только  в верхах  назревает кризис. Власть укрепляется — улицы очищают от ящиков с бананами.

Рядом с Раей на улице торговала тетка неопределенного возраста. Как-то она весь день жаловалась на боль  в  груди, а вечером доплелась до дома и померла от сердечного приступа. Было ей всего сорок лет.
Похоронили ее в родной деревушке в Западной Грузии,  а  мужики и женщины, торговавшие под окнами нашего дома на проспекте Церетели, около  «Динамо», сдвинули ящики, накрыли их газетами  и устроили настоящие поминки на рабочем своем месте.

В стране функционирует специальное министерство по делам беженцев. Но решить проблемы этих людей, потерявших на войне  все, очень трудно. Когда в очередной раз от уличной торговли очистили тротуары, Рая вернулась на окраину базара.  Жизнь, между тем, идет своим чередом. Годы идут. Она какой уже год работает без выходных,  устраивая себе поблажку разве что на великие церковные праздники. Сын ее уже успел жениться, дочка закончила институт, нашла приличную работу. Но Рая по-прежнему в мороз и зной стоит за самодельным прилавком, не забывая украсить его по сезону — то цветами,  то червонными листьями платанов, а на Рождество находит в себе силы напялить прямо на  вязаную шапочку красный колпак Санты.

Вот такой ангел Рая или картофельный эльф, как вам больше нравится… Есть ли у нее мечта? Сразу две — вернуться в свой дом в Абхазии и навестить родных на Байкале. Все ждет, что политики угомоняться,
отменят визы, тогда можно будет собирать деньги на билет. Родных она не навещала уже 20 лет. В шахтерском Ткварчели не была столько же.  Но надежды не теряет вернуться в родные места. Наверно, правильнее всего было бы назвать  ее  «Стойкая Неваляшка» со щитом и мечом.

Больше от Ирина Владиславская

2 комментария

  • Литературно-красивая зарисовка жизни-одного не увидела-к чему это написанно?К тому.что человек не потерял человеческий облик и не стал ненавидеть всех и вся?Так на одну такую историю десять обратных..Я не увидела тут причино-следственую связь-то есть почему этот человек так живет и видимо ни на что не жалуется,тихо переносит внутрение и внешние страдания..А именно для этого я прихожу читать Глобосферу,чтобы увидеть суть событий и причины происходящего…если тут прчиина этой жизни в политике-то это не причина-это следствие неких более глубиных мезанизмов-их автор не описал..Если же автор хотел показать.что за торговкой на самом деле стоит интелегентный и порядочный человек-то уверяю автора-в любом убийце и насильнике мы найдем и любовь к матери и к животным,и нежное отношение к природе и настоящую дружбу..Еще раз повторю честно-не поняла смысл статьи и зачем мне нужно было и важно ее прочесть..

    • Простим автора статьи за отсутствие вскрытия причинно-следственной связи происходящего с людьми — она действительно не знакома с этим механизмом. Но она очень надеется, что мы своим пониманием и сочувствием подарим людям надежду на другую жизнь. Наши мысли и желания, надеюсь, помогут миру…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.